Главная / Наша клиника / Публикации о нас / Михаил Егорович Коновалов в интервью журнала National Health Magazine. Все краски мира.
20.02.2015

Михаил Егорович Коновалов в интервью журнала National Health Magazine. Все краски мира.

Михаил Егорович Коновалов в интервью журнала National Health Magazine. Все краски мира.

Как складывается жизненный путь каждого конкретного чeловека — зависит от множества факторов, при этом один из важнейших — готовность к восприятию новой информации, к ее переосмыслению и дальнейшему использованию.

В первой половине 90-х на конференции офтальмологов в Италии доктор Михаил Коновалов (он в то время работал в этой стране) познакомился с технологией операции по исправлению косоглазия, до той пары ему незнакомой. Чтобы исправить косоглазие, нужно изменить баланс мышц, управляющих зрачком: одну усилить, укоротить, а другую удлинить, пересадив на другое место. Так всегда и поступали.

Но гарантировать стопроцентный успех врачи не брались потому что «поймать» правильное положение зрачка очень сложно, и если на следующий день после операции, когда с глаз больного снимали повязку, оказывалась, что коррекция получилась неполной (или избыточной), ничего сделать уже было нельзя.

А итальянцы делали по-другому. Они прошивали мышцу нитью, но завязывали ее временным узелком. И на следующий день смотрели, как получилось. Если нужно было ещё немного подтянуть или, наоборот, ослабить — узелок развязывали и подтягивали под местным наркозом, добиваясь необходимого результата. И уже потом фиксировали шов окончательно.

После конференции Коновалов взял короткий отпуск и поехал учиться в ту больницу, где такие операции делали. Три дня он наблюдал за работой хирургов в операционной, перенимая их приемы. А потом стал оперировать сам.

Так сегодня и оперируют косоглазие в основанном им Офтальмологическом центре Коновалова (Москва, Сочи, Алматы). И это, пожалуй, единственные клиники на постсоветском пространстве, использующие подобную технологию.

Чтобы стать врачом, после окончания школы нужно учиться более восьми лет. Чтобы стать и оставаться хорошим, отличным врачом, учатся всю жизнь. Доктор медицинских наук, профессор Михаил Егорович Коновалов этим самым всю жизнь и занимается. Оперирует, лечит, учится. «Когда мы молоды и заканчиваем ординатуру, нам кажется, что мы уже все знаем и умеем, — говорит Коновалов. — На самом деле всё совсем не так. Чтобы стать настоящим доктором нужно время и постоянные усилия. Только тогда приходит опыт».

Он поступил в Томский мединститут, диплом получал уже в 1-ом Медицинском в Москве, а потом снова учился в МНТК «Микрохирургия глаза» у самого известного офтальмолога страны Святослава Фёдорова. Потом судьба распорядилась так, что вместе с женой, тоже врачом-офтальмологом, Коновалов уехал работать по контракту в Италию. Серьёзно учиться пришлось и там — заканчивать университет, чтобы получить диплом европейского образца и право на практику.

«У меня не было никогда желания или мыслей, чтобы уехать навсегда. Просто тогда было время, когда специалисты, по крайней мере, врач и, искали не лучшей жизни, а — новой! Уезжали, чтобы остаться в профессии, сохранить квалификацию, получить опыт с тем, чтобы потом вернуться, — рассказывает Коновалов. — Помогает ли мне зарубежный опыт? Безусловно. Работая в государственном учреждении в годы тотального дефицита на все, в том числе и на высококачественные медицинские услуги, мы были, если можно так выразиться, развращены обилием пациентов. В Европе, где здравоохранение финансируется намного существенней, больше врачей, отработала система медицинского страхования, врач понимеет ценность каждого пациента, за которого приходится бороться. Реклама медицинских услуг в Италии, кстати, запрещена.

И чтобы пациент пришёл именно к тебе, ты должен постоянно стараться быть лучшим. В сущности, тут нет ничего исключительного. Врач всегда обязан расположить к себе больного, добиться его доверия, сделать его другом — от этого в огромной степени зависит успех лечения. Это и есть то, что называется медициной с человеческим лицом. Естественно, что приобретённый там опыт мы используем в своей работе».

Кстати, московская клиника доктора Коновалова, не первое созданное им медицинское учреждение. В начале 1990-х годов он основал офтальмологический центр в Алма-Ате, который очень скоро стал крупнейшим в республике и успешно функционирует в настоящее время. С 2013 г. работает такой же офтальмологический центр в г.Сочи.

Офтальмология — одна из наиболее динамично развивающихся областей медицины. Произошедшие за последние 20 лет изменения в методиках лечения, технологиях, оборудовании, представлениях о характере заболеваний не хочется банально сравнивать с революцией, скажем просто, что изменения эти — во благо пациентам! — колоссальны. Сегодня врачи способны с практически стопроцентным успехом излечивать заболевания и возвращать зрение в таких случаях, которые два десятилетия назад считались безнадёжными или крайне тяжелыми.

Коновалов рассказывает, что пришел в институт Фёдорова в 1986 году, когда при лечении катаракты только-только переходили от интракапсулярной эстракции к экстракапсулярной, что считалось невероятным прогрессом. Разница в том, что в первом случае потерявший светопропускную способность хрусталик удаляли вместе с капсульным мешком. Иногда после этого имплантировали искусственный хрусталик, а иногда этого даже не делали. Глаз всего лишь обретал способность различать свет и тьму и видеть неясные тени. Это, конечно же, лучше полной слепоты, однако…

Экстракапсулырная экстракция позволяла сохранять капсульный мешок. Через разрез в роговице старый хрусталик удалялся, вставлялся имплант, а роговицу зашивали. Это был успех. Пациент видел лучше. Но прежняя острота зрения не возвращалась: роговица была деформирована из-за швов. Настоящий прогресс в лечении катаракты начался тогда, когда врачи научились удалять хрусталик через маленький разрез, через него же вставлять имплант и при этом обходиться без наложения швов.

Начиналась эта технология во второй половине 90-х, в 1989 году, как раз для её освоения Святослав Фёдоров направил Коновалова в командировку в Германию. А дальше совершенствование глазной хирургии происходило всё стремительней. Совсем недавно больным имплантировали линзы с постоянным фокусом. Они позволяли хорошо видеть либо вблизи, либо смотреть вдаль и ношение очков в этом случае, конечно же, было обязательным. Теперь же создан мультифокальный (многофокусный) искусственный хрусталик, свойства которого таковы, что позволяют обходиться без очков. Чтобы вставить его, предварительно удалив катаракту, хирурги в наше время уже с помощью фемтосекундного лазера делают точнейший разрез всего в 2мм такой конфигурации, что зашивать его нет необходимости.

К сожалению, эти операции нельзя пока еще назвать в нашей стране массовыми: они делаются там, где есть современная техника и квалифицированные специалисты. Такие, как в клинике Коновалова. Эта технология в нашей стране уже есть, и она отрабатывается, продвигаясь вперёд, как было со всеми предыдущими технологиями, также считавшимися когда-то редкими и революционными.

Сегодня постепенно появляется всё больше новых клиник, государственные учреждения оснащаются современным оборудованием, возникает конкуренция. Частные клиники вынуждены бороться за пациентов. И происходит, по выражению Коновалова, «гонка вооружений». Клиника располагает вполне современным оборудованием, но в стремлении повышать качество медицинских услуг, постоянно приобретает новое.

Если большая часть пациентов обращается к офтальмологам по поводу катаракты, то на втором месте по количеству операций находится рефракционная хирургия — исправление близорукости и дальнозоркости. Ещё в 1980-е годы этим начал заниматься Святослав Фёдоров, что и выдвинуло его в лидеры офтальмологии.

Смысл операции заключался в том, чтобы с помощью дозированных разрезов изменить выпуклость роговицы, и, тем самым, скорректировать её преломляющую способность. Операция требовала от хирурга высочайшей точности, любая ошибка могла привести к потере зрения.

Появление эксимерных лазеров радикально изменило ситуацию. Лазерный луч как бы шлифует роговицу, равномерно испаряя ткань и придавая линзе нужную форму. Операция безболезненна и проводится с минимальным риском для пациента. И здесь на первый план выходит предоперационная диагностика. Нужно точно знать состояние роговицы, нет ли противопоказаний для хирургического вмешательства.

Впрочем, и в случае невозможности проведения эксимер-лазерного вмешательства для пациента отнюдь не все потеряно. Хирурги клиники Коновалова владеют технологией имплантации факичной линзы (она располагается между радужкой и хрусталиком, как контактная линза на хрусталик), и даёт хороший результат в исправлении сильных дефектов зрения при наличии показаний.

Недавно доктору Михаилу Коновалову исполнилось 50 лет. Честно говоря, глядя на него в это верится с трудом. Этот моложавый, спортивного сложения, быстрый и точный в движениях человек на свой паспортный возраст отнюдь не выглядит.

И всё же это серьёзная дата. Потому что даёт повод оглянуться на уже сделанное. А сделано действительно немало и весьма неплохо. Свидетельством тому — сотни пациентов, которым искусство доктора Коновалова сохранило, возвратило возможность видеть краски окружающего мира. Успехов ему!

National Health Magazine